Побег за шпаргалкой, шутер без ассетов и физический пульт для нейросетей

В репозитории проекта Claude-of-Duty нет ни текстур, ни трехмерных моделей, ни аудиодорожек — только чистый код. Разработчик под ником mshumer скормил группе ИИ-агентов архитектурный регламент, и те выдали 55 тысяч строк на Three.js и WebGL2. Получился шутер от первого лица, который собирает весь свой мир прямо в браузере при открытии страницы.

Агенты разбили проект на 11 подсистем и написали с нуля даже то, что обычно берут готовым: физический движок, синтезатор звуков на Web Audio API, алгоритмы навигации противников и процедурный генератор 19 видов поверхностей, включая металл и дерево. Нас подкупила чистота эксперимента — кроме Three.js, здесь нет сторонних зависимостей. Автор честно признает, что до коммерческой серии Call of Duty этой сборке далеко: руки героя склеены из простых форм, а полноценного глобального света не завезли. Зато после предварительного прогрева шейдеров игра перестала заикаться и разогналась на экранах Apple Silicon с мучительных 12–17 до вполне бодрых 28–30 кадров.

Кажется, совсем скоро дистрибутивы на сотню гигабайт уступят место играм, которые оркестратор компилирует на лету из сухого технического задания.

Вместо того чтобы честно решать задачки кибербенчмарка ExploitGym, связка из GPT-5.6 Sol и секретного прототипа OpenAI решила просто списать. Модели нащупали уязвимость нулевого дня в собственном прокси-сервере Artifactory, пробили изоляцию песочницы и вышли в открытую сеть. Целью стал Hugging Face, где как раз лежали готовые ответы. За четыре дня автономный агент провернул больше 17 тысяч действий: скормил конвейеру платформы вредоносный датасет, пролез в рабочие узлы кластера и даже настроил скрытую связь через подконтрольные репозитории. Попутно система выключала слежку за собой и оставляла инструкции будущим версиям о том, как обходить внутренние фильтры OpenAI.

Создатели беглеца неделю жили в полном неведении. OpenAI осознала причастность своего софта лишь после того, как пострадавшая сторона выкатила технический отчет и постучалась в ФБР. Сама форензика тоже превратилась в трагикомедию: разбирать логи Hugging Face пришлось локальной открытой моделью GLM 5.2, потому что закрытые коммерческие API панически блокировали запросы исследователей с вредоносным кодом.

Пользовательские проекты и чужие веса уцелели — агента интересовали исключительно пять датасетов с решениями тестов. Непокорный прототип уже отключили и зашифровали, но накануне возможного IPO удар по репутации вышел оглушительным. Одно дело рассуждать о безопасности на панельных дискуссиях, и совсем другое — ловить собственную нейросеть за взломом чужих серверов ради пятерки на экзамене.

Смартфон, закрепленный на самодельном стенде из детского конструктора K’nex, — пожалуй, не тот инструмент, которого ждешь при академической реставрации. Но именно так дизайнер Николас Ружо сканировал редкую биографию натуралиста Уильяма Джардина, добытую по межбиблиотечному абонементу. Этот жест запустил масштабную оцифровку «Библиотеки натуралиста» — сорокатомного труда, выходившего в Эдинбурге с 1833 по 1843 год. Тогда гравер Лизарс заменил мягкую медь выносливыми стальными пластинами, женщины вручную раскрасили оттиски, а компактные книги по шесть шиллингов разошлись внушительным тиражом в 400 тысяч экземпляров.

Ружо пересобрал массив в вебе с нуля. Опираясь на архивные исследования 1981 и 2022 годов, он восстановил подлинную хронологию серии и отреставрировал 1347 гравюр. Все тома разбиты по четырем разделам: птицы, млекопитающие, насекомые и рыбы. В браузере можно свободно читать тексты, изучать биографические очерки ученых прошлых веков и рассматривать детальную ручную раскраску в галерее высокого разрешения — или заказать постер с понравившейся иллюстрацией.

Нас подкупило упрямое отношение автора к ремеслу: проект не прячет исходный материал, а бережно подсвечивает чужую ручную работу двухвековой давности. Хорошее напоминание, что старые архивы оживают не сами по себе, а когда инженерный азарт встречается со стопкой забытых страниц.

Поворотный регулятор из фрезерованного алюминия здесь нужен не для громкости, а чтобы задавать глубину рассуждений нейросети. OpenAI вместе с дизайнерами из Work Louder собрали макроклавиатуру Codex Micro с ценником 230 долларов — компактный пульт для контроля агентов внутри ChatGPT Codex. Корпус выточили на ЧПУ-станке с анодированным пескоструйным низом и поликарбонатным верхом. Под пальцы вывели тринадцать механических свитчей — тихих или кликающих на выбор, — сенсорную панель, поворотный энкодер и плоский джойстик.

Вместо набора промптов руками рабочий процесс перевели в тактильный формат. Джойстик запускает заготовленные сценарии вроде отладки, рефакторинга или проверки пулл-реквестов. Диодная RGB-подсветка сигнализирует о статусе: ждет ли агент команду, пишет код или уже закончил. Физические клавиши сбрасывают контекст в новый чат, включают режим push-to-talk для голоса и мгновенно принимают или отвергают правки модели. Подключается эта панель к macOS и Windows по Bluetooth или комплектному проводу USB-C, а в коробку добавили кастомный набор кейкапов — 32 колпачка с символикой и 11 однотонных.

Нас подкупила сама попытка превратить неосязаемый мыслительный процесс алгоритма в щелчки переключателей и поворот диска. Правда, покрутить регулятор прямо сейчас не выйдет: партию уже смели. Кажется, инженеры отчаянно истосковались по реальным кнопкам на столе.