Норман Фостер убрал у часов ушки и оставил ремешку одну линию
Корпус первых часов Нормана Фостера имеет диаметр 38,5 мм, но у ремешка он вдруг расширяется до 40. Это не ошибка в чертеже. Так архитектор избавился от ушек, тех самых выступов, на которых держится ремешок почти в любых часах. Вместо них корпус плавно переходит в ремешок, и профиль получается цельным.
Часы называются LEBOND Norman Foster. Их сделали вместе с швейцарским брендом LEBOND Watches и Innovation and Design Unit Фонда Нормана Фостера. Для автора Лондонского «Корнишона» и купола рейхстага это первый опыт в часовом деле. Пугающим он его не нашёл. «Я никогда всерьёз не думал, что масштаб меняет природу дизайна», — говорит Фостер, архитектор и автор проекта. Что город, что здание, что стул, что часы: вопросы одни. Как это работает, как это сделано, как соединяются части.
Одна линия вместо двух предметов
Главное решение здесь не механика, а контур. Ремешок обхватывает титановый корпус и продолжает его линию, поэтому часы читаются как один силуэт. По словам Фостера, корпус, ремешок, циферблат и механизм задуманы как система. Он спрашивает, почему они вообще должны ощущаться как два отдельных предмета. Побочный выигрыш: такой ремешок, как утверждается, лучше ложится на запястье. На фотографиях это видно по боковому ракурсу, где ремешок мягко огибает руку. Проверять посадку, впрочем, придётся на собственном запястье.
Путь к этой форме знаком любому, кто работал с макетами. Эскизы, прототипы, правки, снова прототипы. Фостер сам называет процесс очень похожим на архитектуру. Начали с того, как часы выглядят по умолчанию, и пересмотрели это. Среди материалов есть кадр, где он разглядывает прототипы, и его рисунки часов.
Что в корпусе
- Корпус: титан Grade 5, диаметр 38,5 мм, у ремешка до 40 мм.
- Толщина: 10 мм.
- Стекло: сапфировый купол с просветляющим покрытием.
- Водозащита: 50 м.
- Застёжка: деплойант из титана Grade 5.
- Ремешок: сменный, из FKM (фторкаучука, то есть резины).
Внутри швейцарский автоматический калибр ETA 2892-A2: 28 800 полуколебаний в час, 21 камень, запас хода около 50 часов. Сапфировая крышка оставляет механизм на виду. В роторе пять механически обработанных отверстий, а цвет у него свой для каждой версии. Идея Фостера в том, что инженерия красива, когда видна её логика. Ротор, судя по описанию, ещё и перекликается с авиационным дизайном: архитектор увлечён авиацией и много летает.
Из поездок вышла и главная функция. Двунаправленный 12-часовой безель читается вместе с основной часовой стрелкой и показывает второй часовой пояс. Всё остальное сдержанно: типографика, чёткие стрелки, окно даты, ничего лишнего. На стрелках Super-LumiNova. Каждые часы получают индивидуальный номер.
Две версии
| Элемент | Natural Titanium Edition | Black Edition |
|---|---|---|
| Корпус | микропескоструйный натуральный титан | матовый титан с чёрным DLC-покрытием |
| Циферблат | сатинированный sunray | чёрный лакированный |
| Стрелки | полированные | чёрные лакированные, люминесцентные |
| Ремешок | светло-серый FKM | чёрный FKM |
| Ротор | синий | красный |
Пара получилась контрастной: светлый титан с синим акцентом против графитово-чёрной. Нас подкупило, что цвет вынесен на заднюю крышку. Снаружи часы почти молчат, а ротор видит только владелец.
Часы, которые можно собрать под себя
Конструкция рассчитана на замену корпуса и ремешка. Крепление простое, и, по словам Фостера, из него можно собирать персональные варианты: сочетаний цветов и материалов будет много. Новые версии авторы обещают, но сроков не называют.
Идея за этим бытовая. Часы должны переходить из студии на стройплощадку, оттуда в самолёт и на официальный ужин, не превращаясь в «драгоценность», привязанную к одной обстановке. И здесь самая цитируемая мысль Фостера: он предпочёл бы, чтобы часы казались вне времени, а не модными. Долговечность он выводит из решённых базовых задач: назначение, пропорции, материалы, ясность.
Куда пойдут деньги
Проект продолжает работу Фонда Нормана Фостера за пределами зданий и градостроительных исследований. Все роялти фонда с продаж часов пойдут на образовательные программы Норман Фостер Института. Институт готовит архитекторов, дизайнеров и руководителей городского развития, которые работают над устойчивыми городами, способными переживать кризисы.
Чего в материалах нет: цены, даты старта продаж и тиража. Пока это объект для разглядывания, а не для заказа.
Что это меняет в вашей работе
Для дизайнера здесь два урока, и оба прикладные. Первый: убрать «обязательный» элемент типологии, будь то ушки у часов или рамка у интерфейса, и посмотреть, что станет с цельностью формы. Второй: показывать систему, а не отдельные детали. Фостер не рисовал ремешок для корпуса, он рисовал один предмет. Мы бы попробовали пересмотреть так любой набор, который привыкли собирать из «компонентов».
И третье, уже для арт-директора. Модульность, цвет внутри, номер на каждом экземпляре. Это готовая рамка для линейки, где персонализацию строят на сменных частях, а не на тираже вариантов.
Когда у вещи нет ушек, держаться ей не за что. Остаётся только форма.
